Если ребёнок ноет

Есть особая интонация, которую родители узнают с первых двух звуков:

«Ну ма-а-ам…»

Слова могут быть разными, но мелодия почти всегда одна. Ребёнок просит, тянет, повторяет, ходит следом. Через несколько минут взрослому уже кажется, что его терпение проверяют в специально оборудованной лаборатории.

В этот момент хочется сделать что-нибудь решительное. Купить требуемое, повысить голос, отправить ребёнка в комнату или самому ненадолго исчезнуть из семьи. Но прежде чем реагировать, полезно понять простую вещь: одинаковым жалобным голосом ребёнок может сообщать о совершенно разных состояниях.

Иногда он устал. Иногда голоден. Иногда ему не хватает внимания. Иногда он ещё не умеет нормально сформулировать просьбу. А иногда уже прекрасно понял, что спокойное «можно?» не работает, зато протяжное «ну пожа-а-алуйста» рано или поздно открывает почти любые двери.

Дети вообще быстро изучают слабые места взрослых. Для этого им не нужны специальные курсы и многолетний опыт. Достаточно одного похода в магазин.

Ребёнок просит сладость. Родитель говорит «нет». Ребёнок начинает ныть. Родитель некоторое время держится, затем устало сдаётся:

«Бери уже, только перестань».

Ребёнок делает вполне логичный вывод. Обычная просьба результата не дала, а нытьё дало. Значит, в следующий раз нужно начинать сразу с проверенного способа.

В психологии это называется подкреплением: поведение, которое помогло получить желаемое, повторяется чаще. Но ребёнок при этом не обязательно является коварным манипулятором, который решил разрушить родительскую нервную систему. Он просто пользуется инструментом, который однажды сработал.

Поэтому, если решение уже принято, лучше не менять его только ради тишины. Можно спокойно сказать:

«Я понимаю, что тебе очень хочется. Но сегодня мы это не покупаем».

Вероятно, ребёнок всё равно расстроится. Это неприятно, особенно если вокруг люди, очередь и кто-то уже смотрит на вас с выражением «у меня дети никогда так себя не вели». Возможно, потому что его дети сейчас находятся дома.

Однако детское расстройство не всегда означает родительскую ошибку. Иногда задача взрослого не в том, чтобы немедленно убрать неприятное чувство, а в том, чтобы помочь ребёнку его пережить.

При этом далеко не всякое нытьё связано с желанием добиться своего.

Голодный ребёнок, невыспавшийся ребёнок и ребёнок, которого третий час водят по торговому центру, это не лучшие кандидаты для тренировки зрелой коммуникации. Впрочем, взрослые в таком состоянии тоже редко демонстрируют чудеса саморегуляции.

Поэтому перед серьёзным воспитательным разговором стоит проверить самые простые вещи. Когда ребёнок ел? Сколько спал? Не заболел ли? Не слишком ли много вокруг шума, людей и впечатлений?

Маленький ребёнок ещё не всегда понимает, что именно с ним происходит. Он не скажет:

«Мне трудно управлять эмоциями, потому что я переутомился».

Он скажет:

«Мне всё не нравится».

Иногда вода, еда, тишина и сон работают лучше любой педагогической системы. А если нытьё появилось внезапно, стало постоянным, сопровождается болью, вялостью, нарушениями аппетита или сна, лучше не объяснять всё плохим характером. Возможно, ребёнку действительно нехорошо.

Бывает и иначе. Ребёнок начинает ныть всякий раз, когда взрослый занят телефоном, работой или разговором.

Конечно, родители не обязаны быть доступны каждую секунду. Мама имеет право закончить письмо, папа может поговорить по телефону, а ребёнок способен некоторое время поиграть самостоятельно. Проблема возникает, если обычная просьба о внимании постоянно остаётся незамеченной, а реакция появляется только после крика.

Даже сердитое внимание остаётся вниманием.

Ребёнок быстро усваивает: если говорить спокойно, взрослые продолжают заниматься своими делами. Если ныть громче, мама наконец поднимет голову.

В такой ситуации полезнее не читать лекцию о самостоятельности, а добавить немного предсказуемого времени вместе.

Например:

«Я закончу через десять минут, а потом мы полчаса будем заниматься тем, что выберешь ты».

И действительно закончить через десять минут, а не через час, когда ребёнок уже прошёл все стадии отчаяния.

Не обязательно превращать эти полчаса в развивающее мероприятие. Можно строить из конструктора, гулять, рисовать или слушать подробный рассказ о персонаже, имя которого вы снова забыли. Для ребёнка важнее сам опыт: меня замечают не только тогда, когда я довёл взрослого до нервного тика.

Ещё одна частая причина нытья состоит в том, что ребёнок пока не умеет сказать о своём состоянии иначе.

Он может чувствовать обиду, ревность, разочарование или одиночество, но не способен сформулировать:

«Мне неприятно, что ты весь вечер занимаешься младшим братом, и я чувствую себя ненужным».

Вместо этого он ходит следом и повторяет:

«Мне скучно».

«Ну ма-а-ам».

«Почему всегда он?»

Здесь взрослый может помочь перевести жалобную интонацию на более ясный язык:

«Ты хочешь, чтобы я сейчас немного побыла с тобой?»

«Ты расстроился, потому что мы уже уходим?»

«Я готов тебя выслушать. Попробуй сказать обычным голосом, что тебе нужно».

Важно не высмеивать ребёнка и не передразнивать его. Хотя иногда очень хочется продемонстрировать, как именно это звучит со стороны. Как правило, воспитательный эффект оказывается слабее, чем кажется в момент вдохновения.

Реакция родителя может быть довольно простой. Сначала стоит показать, что чувство замечено:

«Я вижу, что ты расстроен».

Потом обозначить границу:

«Но мы всё равно уходим домой».

А затем предложить то, что действительно возможно:

«Ты можешь выбрать музыку в машине».

Так ребёнок получает два важных сообщения одновременно. Его состояние не игнорируют, но и решения всей семьи не зависят от громкости его недовольства.

Не имеет смысла убеждать ребёнка:

«Нечего расстраиваться».

Он уже расстроился. Этот поезд ушёл.

Но и срочно менять решение, чтобы прекратить плач, тоже не стоит. Иначе нытьё снова оказывается самым эффективным способом общения.

При этом не каждую жалобу нужно превращать в урок правильной речи.

Иногда ребёнок весь день держался. Был в саду или школе, соблюдал правила, справлялся с конфликтами, устал от людей и впечатлений. Дома напряжение наконец выходит наружу. Он может заплакать из-за чашки не того цвета, хотя дело, конечно, не в чашке.

В такой момент можно не разбирать поведение немедленно. Дать воды, посадить рядом, обнять, помочь успокоиться. Разговор состоится позже, когда ребёнок снова сможет слышать не только собственные эмоции.

Принять его состояние не означает разрешить всё. Можно одновременно сказать:

«Я понимаю, что тебе сейчас плохо»

и

«Кричать на меня нельзя».

Это, пожалуй, и есть главный родительский баланс. Не объявлять любое нытьё избалованностью, но и не выполнять каждое требование под жалобный аккомпанемент.

Иногда ребёнку действительно чего-то не хватает. Иногда он проверяет границу. Иногда устал. Иногда просто ещё не знает другого способа сказать: «Мне трудно».

Задача родителя не в том, чтобы любой ценой прекратить плач. Важно понять, что за ним стоит, сохранить границу и постепенно научить ребёнка говорить о своих желаниях и чувствах яснее.

А иногда самым мудрым педагогическим решением остаются бутерброд, объятие и ранний сон.

Читайте также

• Родительская тревога: как не прожить за подростка его будущее
• Наши дети из другого мира. Но не с другой планеты