21 января 2022
Почему дети запоминают истории, а не наши объяснения
Поделится:
6 минут прочтения
Можно десять минут объяснять подростку, почему важно отвечать за свои поступки. Он будет кивать, смотреть в стену и время от времени говорить: «Да понял я».
А можно рассказать про мальчика, который пообещал другу сохранить опасный секрет и вдруг понял, что любое его решение будет предательством: или он предаст друга, или оставит его в беде.
Здесь подросток уже не просто слушает правильные слова. Он начинает думать: а я бы что сделал?
В этом и есть смысл сторителлинга.
Слово новое, а способ старый. Люди всегда передавали важное через сказки, семейные истории, притчи, воспоминания и случаи из жизни. Просто сегодня этому дали английское название и иногда подают так, будто до появления презентаций никто историй не рассказывал.
Почему история работает лучше лекции
Когда мы говорим ребёнку:
«Надо быть ответственным»,
«Нужно думать о последствиях»,
«Важно выбирать хороших друзей»,
он слышит готовый вывод. Причём, скорее всего, уже не первый раз.
В истории всё устроено иначе. Есть человек, у которого возникла проблема. Он чего-то хочет, чего-то боится, ошибается, выбирает. Ребёнок видит не правило, а ситуацию, в которой этим правилом нужно воспользоваться.
Я до сих пор помню, как на первом курсе преподавательница объясняла нам значение слова «эйфория». Большую часть курса физиологии моя память благополучно потеряла. Но её пример запомнился.
Она сказала:
«Представьте человека, который выпил два литра пива, долго терпел и наконец добрался до туалета. Вот это эйфория».
Не самый академический пример. Зато понятный.
История даёт абстрактной мысли лицо, место и действие. Поэтому её легче понять и вспомнить.
Психолог Джером Брунер писал, что человек осмысливает мир не только через факты и логические объяснения, но и через истории. Мы пытаемся понять, кто что сделал, почему поступил именно так и что из этого вышло.
Но важно не переоценивать метод. Сама по себе история ничему не учит. Можно прекрасно рассказать, собрать внимание всей комнаты и не донести ни одной мысли.
История — это не родительская проповедь с персонажами
Иногда родители пытаются использовать истории так:
«Вот был один мальчик, который не слушал маму, плохо учился, всё время сидел в телефоне, а потом…»
Ребёнок уже на второй фразе понимает, что мальчик — это он, а впереди его ждёт плохо замаскированная лекция.
Такая история обычно вызывает не размышление, а раздражение.
Лучше работает ситуация, в которой нет заранее назначенного виноватого и очевидно правильного ответа.
Например:
Девочка переехала в другую страну. В новой школе её имя постоянно произносят неправильно. Сначала она всех поправляет, потом перестаёт. Дома говорит, что всё нормально.
Почему она перестала поправлять?
Стоит ли родителям вмешиваться?
Что можно сделать, не превращая её в «проблемного ребёнка»?
Такой разговор помогает увидеть то, что не помещается в короткий совет.
Где родителям брать истории
Не обязательно придумывать сложный сюжет. Источники буквально везде:
- случай из собственного детства
- семейная история
- эпизод из фильма
- новость
- ситуация, произошедшая с кем-то из знакомых
- вымышленный случай, похожий на то, что волнует ребёнка
Лучше всего работают небольшие истории. Один герой, одна проблема, один выбор.
Чем больше в рассказе второстепенных персонажей, исторических справок и подробностей о том, куда рассказчик ездил летом 1997 года, тем выше риск, что ребёнок забудет, с чего всё началось.
Историю не обязательно доводить до конца. Иногда полезно остановиться перед решением и спросить:
«Как ты думаешь, что он сделает?»
«Что здесь было самым трудным?»
«В какой момент всё пошло не так?»
«А какой другой выход у него был?»
Важно не торопиться сообщать правильный ответ. Когда взрослый сразу объясняет мораль рассказа, ребёнок понимает, что его снова привели на лекцию, только окольным путём.
Можно предложить ребёнку рассказать свою историю
Сторителлинг — это не только когда взрослый рассказывает, а ребёнок слушает.
Иногда полезнее дать подростку возможность самому придумать продолжение, рассказать ситуацию от лица другого человека или представить себя через несколько лет.
Можно предложить простое упражнение:
«Представь, что тебе звонит по видеосвязи ты сам, только через десять лет. Где он живёт? Что делает? Что для него важно? За какое сегодняшнее решение он тебе благодарен?»
Не нужно обещать, что всё записанное непременно сбудется. Жизнь всё-таки сложнее плаката с красивым закатом.
Смысл упражнения в другом. Будущее перестаёт быть туманным «когда-нибудь». Ребёнок начинает связывать то, чего хочет, с тем, что делает сейчас.
После этого можно спросить:
«Что из этого зависит от тебя?»
«Какой первый шаг можно сделать уже сейчас?»
«Кто мог бы тебе помочь?»
Главное — не история, а разговор после неё
Сильная история может вызвать страх, сочувствие, злость или восторг. Но сильная эмоция ещё не означает, что ребёнок что-то понял.
Особенно осторожно стоит использовать рассказы о зависимости, насилии, болезнях и смерти. Желание «как следует напугать» редко приводит к зрелому решению. Иногда ребёнок запоминает страшную картинку, но не понимает, что с ней делать.
Поэтому после истории нужен разговор.
Что ты увидел?
С кем ты согласен?
Кто поступил несправедливо?
Чего мы не знаем?
Что могло изменить ситуацию?
Сторителлинг работает не тогда, когда мы незаметно вкладываем правильную мысль в голову ребёнка. Он работает тогда, когда история помогает ему сформулировать собственную мысль.
Попробуйте вспомнить тему, которую вы уже много раз объясняли своему ребёнку без особого успеха.
Не начинайте с совета. Вспомните или придумайте короткую ситуацию, в которой человек столкнулся с этой проблемой. Остановитесь перед решением и спросите:
«А ты бы что сделал?»
Возможно, разговор получится совсем не таким, как вы планировали.
И это, скорее всего, хороший знак.
Читайте также
Если поведение подростка тревожит и разговоры ходят по кругу — это можно разобрать на консультации.
Первая встреча — 45 минут, онлайн или очно в Иерусалиме, без подростка. Стоимость — 200 ₪.
