Буллинг: когда дети уже не могут разобраться сами

На консультации мама рассказывала о дочери:

«Её никто не бьёт и почти не оскорбляет. Просто не отвечают в общем чате, не садятся рядом, забывают позвать, иногда прячут вещи. А потом все очень удивляются, куда они делись».

В школе сказали, что явных доказательств травли нет.

Действительно, отпечатки пальцев с пенала никто не снимал, признание с повинной в классный чат не поступило.

Только девочка всё чаще просилась остаться дома.

Буллинг нередко выглядит именно так. Не как драка в школьном коридоре, а как десятки мелких эпизодов, каждый из которых легко назвать пустяком. Не пригласили. Пошутили. Забыли. Случайно переслали фотографию. Случайно смеялся весь класс.

По отдельности почти ничего. Вместе получается вполне ясное сообщение:

«Твоё место здесь ниже остальных».

Ссора или травля

Подростки ссорятся. Иногда с таким драматизмом, будто рушится не дружба двух восьмиклассниц, а международная система безопасности.

Но обычный конфликт происходит между относительно равными сторонами. Оба участника могут ответить, уйти, найти поддержку или прекратить общение.

При буллинге всё устроено иначе. Давление повторяется, силы неравны, а ребёнку трудно остановить происходящее самому.

Сила здесь не обязательно означает кулаки. Это может быть популярность, поддержка группы, знание чужой тайны, доступ к фотографиям или способность одним смешком определить, над кем сегодня разрешено смеяться.

Поэтому совет «пусть сами разберутся» подходит не всегда.

В ситуации травли ребёнка оставляют не один на один с одноклассником, а один на один с группой. Это примерно как предложить самостоятельно потушить пожар, чтобы развивать ответственность.

Почему буллинг касается всего класса

Мы привыкли видеть двух участников: агрессора и жертву.

На самом деле рядом почти всегда есть зрители. Кто-то придумывает шутки. Кто-то пересылает сообщения. Кто-то смеётся. Кто-то молчит, чтобы самому не оказаться следующим.

Исследования Кристины Салмивалли показали, что травлю поддерживает не только тот, кто её начинает. Смех, внимание, лайки и молчаливое одобрение тоже становятся наградой.

Поэтому вопрос «что не так с моим ребёнком?» ведёт не туда.

Практически любую особенность можно превратить в повод: акцент, одежду, вес, успеваемость, застенчивость или, наоборот, излишнюю заметность.

Лучше спросить иначе:

«Почему в этой группе стало допустимо регулярно унижать одного человека?»

Это уже вопрос не только к детям.

Теперь школа приходит домой

Кибербуллинг часто становится продолжением школьной травли.

Раньше ребёнок хотя бы возвращался домой и получал несколько часов тишины. Теперь весь класс лежит у него в кармане.

Сообщения приходят вечером. Фотографии расходятся ночью. Даже удалённое видео продолжает существовать, потому что неизвестно, кто успел его сохранить.

Подростки часто молчат не только из-за стыда. Они боятся родительской помощи.

Сейчас мама отберёт телефон. Папа напишет в общий чат. Потом позвонят директору, классному руководителю, всем родителям и, возможно, министру образования.

К понедельнику о ситуации узнает вся школа.

Поэтому первая реакция взрослого особенно важна.

Как начать разговор

Родители обычно замечают не саму травлю, а её следы.

Ребёнок не хочет идти в школу, жалуется на живот, после сообщений резко замолкает, перестаёт встречаться с друзьями, удаляет аккаунты или теряет интерес к занятиям.

Один признак ничего не доказывает. Но несколько перемен требуют разговора.

Не стоит начинать с вопроса:

«Тебя что, травят?»

Подросток может услышать в этом: «Ты оказался слабым?»

Лучше сказать:

«Я вижу, что последние недели тебе особенно тяжело идти в школу. Раньше было иначе. Хочу понять, что происходит».

А потом выдержать паузу.

Не нужно сразу предлагать пять решений и рассказывать, как в вашем детстве подобные вопросы решались одним разговором за гаражами. Времена были прекрасные, но не во всех отношениях.

Сначала ребёнку важно услышать:

«Хорошо, что ты рассказал».

«Ты не должен справляться с этим один».

«Следующие шаги мы обсудим вместе».

Буллинг уже лишает подростка контроля. Помощь не должна лишить его последнего голоса.

Что делать дальше

Сначала спокойно выясните, что происходит, как давно, кто участвует и чего ребёнок боится больше всего.

Если травля продолжается в интернете, сохраните сообщения, скриншоты и даты. Не пересылайте унизительные материалы другим родителям «для понимания ситуации». Иногда взрослые в борьбе с распространением фотографии успевают распространить её ещё на три группы.

Со школой лучше общаться письменно. Коротко опишите события, изменения в состоянии ребёнка и попросите конкретный план.

Фраза «мы поговорили с классом» ещё не является планом.

Важно понимать, кто следит за ситуацией, к кому ребёнок может обратиться и когда школа проверит, прекратилось ли давление.

При угрозах, шантаже, взломе аккаунта или распространении интимных материалов в Израиле следует обращаться и в службу 105.

Чего лучше не делать

«Не обращай внимания» почти никогда не помогает. Скорее всего, ребёнок уже пытался.

Совет «дай сдачи» может превратить длительную травлю во взаимную драку, после которой накажут обоих.

Не стоит сразу звонить родителям другого ребёнка в состоянии ярости. Такие беседы быстро превращаются в конкурс, чей ребёнок прекраснее и кто первым начал ещё в третьем классе.

Не нужно также сажать детей напротив друг друга и требовать пожать руки.

Примирение возможно между равными сторонами. При буллинге сначала нужно остановить давление и вернуть безопасность.

Пострадавший ребёнок не обязан дружить с тем, кто его травил. Даже после очень выразительного извинения.

Если в травле участвует ваш ребёнок

Это неприятно признавать.

«Мой сын не мог».

«Она добрая девочка».

«Они просто шутили».

Мог. Могла. И хорошие дети тоже участвуют в жестоких групповых действиях.

Кто-то боится сам стать следующей целью. Кто-то хочет получить статус. Кто-то просто понял, что унижение другого приносит смех и одобрение.

Не нужно объявлять ребёнка чудовищем. Но и превращать происходящее в безобидную шутку нельзя.

Можно сказать прямо:

«Я не считаю тебя плохим человеком. Но то, что вы делали, не было шуткой. Вы унижали другого ребёнка. Это должно прекратиться».

Иногда родители называют это лидерскими качествами.

Лидерство, которому для объединения группы нужен общий враг, пока требует серьёзной доработки.

Вместо вывода

Буллинг редко прекращается после одной правильной фразы.

Он прекращается, когда взрослые видят не отдельную ссору, а всю систему: неравенство сил, поддержку группы, продолжение в интернете и ответственность школы.

Задача родителя не в том, чтобы научить ребёнка терпеть или убедительнее давать сдачи.

Задача в том, чтобы вернуть ему безопасность, сохранить его голос и подключить взрослых, которые способны изменить ситуацию.

И ещё важно, чтобы после обращения за помощью ребёнок не пожалел, что рассказал.

Читайте также

• Самооценка подростка: что с ней делают отношения в семье
• Наши дети из другого мира. Но не с другой планеты